Елбачок (байка)

Жыровали коло урмана дедунько и бабонька, имали вони двух мнучатков - малуху и девоху. Водин раз захотелося сарыни пайдать в урман-то по светки и губы. Бабонька с дедунькой лекочут:

- Айдате-ка, однако не захоите далече, а то вас позобат головньова ведьма.

Пойдала сарынь-та, а не послухала стареньких. Айдают урманом, обирают светочки, - евона баской, а там ешшо башее. Зайдали вони далече-далече в урман-то. Зырят - коло карчи стоят багрецовы боталы.

Девонька вступила в их - и понесли вони йо, как буран. Побежал за ей малуха-то, однако не сугнал йо.

Айдат вон и кручинитса, докудова занесло евонну сестричку, и чо му дома слекочут, и на чухту-барахту дивитса, стоит на талянке елбова изба. Подошол вон к избе-той, а с йо выйдал елбовой мужычок, и вопрошат во, почо вон такой кручинной. Малуха-от про всьо му бает, а мужык-от лекочет:

- Шшас пайдам поедим, напосля выйдам в дорогу. Знам, де твоя сеструха.

Захоят в избу, а в ей всьо елбовой: вокны елбовы, урундук елбовой, сидушки елбовы, каменка елбова, койка елбова, ханза елбова, а елбовой мужык-от кличется Елбачок.

Позобали вони, попивали. Елбачок наказал - да изба-та полетела.

Летели вони много времи, али не много, однако притулилися коло великово вострога, де жыровала головньова ведьма-та. Выйдала вона им вострету, а Елбачок-от вопрошат йо:

- Де ты дела девоньку-ту? Быро выдавай!

А головня-та не хотет. Зырят вони, чо без хитроси не узнаш ничо у ей. Евон лекочет мужычок-от:

- Купиш ка у нас избьонку!

Головня лекочет:

- Надоть обзырить, чо ето за товар.

Зайдала вона в избьонку, а Елбачок наказал, чобы избьонка кручелася лихо-лихо. Кода унял йо, вопрошат головню-ту:

- Ну чо, отдавай воротки от избы-той, де девоха сидит?

Головня-та не хотет.

Тода вон ново как закручет избой! Не выдюжыла головня-та, выхурнула через воконце вязку воротков и возревела:

- На притчу мне така изба! Забирайте ка вашенску девку, вона в подполе!

Взял Елбачок воротки-те, дал малухе и лекочет:

- Лихонько открывай подпол!

Открыл малуха подпол, а тама сидит предородно ослушной сарыни. И евонна сеструха с ими. Всех их до головньовой ведьме приньосли багрецовы боталы. Вынал малуха всю сарынь на белой свет. А Елбачок тем времьом лекочет ведьме-той:

- Де ты захоронила багрецовы-те боталы?

- На чо те вони? - вопрошат головня-та.

- Отдаш ка ты их шшас жа мне, чобы ты ими сарынь-ту не вабила!

- Не отдам!

- Лишее, лишее кручесь, избьонка! - наказал Елбачок, и изба-та закручелася, как юла. Не выдюжыла головня-та, да как возревьот:

- Забирай, забирай их себе! Вони в мойой горенке! И избу-ту твою забери. Не надоть мне таково товара! У мя вся башка закружалася от етой избы!

Побежал малуха до ведьминово ордону, открыл во, забьог в горенку, зырит, а тама стоят багрецовы боталы-те, которы забрели евонну сеструху. Забрал их малуха и отдал Елбачку.

Тута Елбачок притулил избьонку-ту, а головньова ведьма оттедова вылетела, быренько захоронилася в ордоне, закрючилася и более не выхоила.

А сарынь зайдала в избу-ту и полетела с Елбачком на евонну талянку. Оттедова и до дому пайдали и посулили Елбачку-то без отпуску так далече в урман самим не хаживать. А Елбачок куличнулся в евонной избе. И багрецовы боталы-те вон в ханзу захоронил, чобы головньова ведьма ими до себя сарынь не вабила.

Такой-от вон молодец, а нашенской баечке конец.