Снеговуха (байка)

Были-те дедунько и бабонька безсарынны. Вот прийдала зима. Чужа сарынь бабу из снегу катат. Дедунько лекочет бабоньке-той:

- Пайдам-ка, скатам себе тожа тосьову бабу.

А баба и лекочет:

- Ну пайдам. Ли бабу-ту ли сарыньку скатам.

Пайдали и давай сарыньку катать. Скатали и сробили сарыньке-той вилки и ручки, башку, вухи, рот - всьо чо нать сробили. И как слепили всю сарынь-ту, шкура сарыньки стала поволакиватьса, стала вона башконькой кручеть. Дедунько и бабонька-те умиляютса:

- Евона бут у нас сарынька, ужо ить шевелитса.

Через некоторо времьо стала сарынька-та девкой. Уже хаживала вона и баивала, и дал ей дедунько-от звання: Снеговуха.

Жывьот она, вымахиват не по часам, а по духовинам. За петнацать денев ставшы полдевки.

И ворова така. Кличет дедуньку дедунькой, а бабоньку бабонькой. Вона им глянетса. И бела вона, как тось. И волосы, и личнось белы, как пар.

Суседни девки со Снеговухой позналися, и бегают с ней гулевать, и вона с ними бегат.

Вопосля Пасхи, как сонечко высочее был пайдал, тепло изделалося, и Снеговуха-та на сонечке стала подтаевать, стала в студьонки потаиватьса. Дожыла вона до Ивана Купалы. Наплели девки-те венки, наклали вогнишше у берьозы, и докучат Снеговуху у дедуньки и бабоньки кабы жахать через ут. Те йо пушшали. Девоньки-те оболокли йо в венок-то и поташшыли. Зачали изли берьозы-той жахать через ут и певать.

- Ну, Снеговуха, жахай-от за нами!

Была розшуровалася Снеговуха-та за ними, однако как забежала на вут - токо йо и зырили! Там-от вона и розтопившысь.

Прийдали девки-те к дедуньке и бабоньке и лекочут, чо Бог во знат, докудова делася Снеговуха-та. Дедунько и бабонька лекочут:

- Вона жа из тосю вымахала, так как на вогонь заскочила, так и розтопилася. Еси бы вы, девки-те, не докучали йо у нас, то пожывьот бы, а через вас вона розтопилася. Мы бы умилимса, а таперича через вас йо нету.

Так-от дедунько и бабонька-те, как были гольны, так и куличнулися.